Автор обосновывает вывод об изменении роли подозреваемого в уголовном судопроизводстве на основе правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации. Развитие правового положения подозреваемого, с точки зрения автора, обусловлено реализацией элементов принципа состязательности в досудебном производстве благодаря увеличению возможности активного участия стороны защиты в процессе доказывания. Подозрение в современных условиях, по мнению автора, является обязательным этапом уголовного преследования, а подозреваемый - непременным участником уголовно-процессуальных отношений. Обращается внимание на существующую с момента действия Уголовно-процессуального кодекса РСФСР неопределенность правового статуса задержанного, а также лица, в отношении которого применена мера пресечения до предъявления обвинения после отмены указанных мер процессуального принуждения. На основе выявленных тенденций аргументируется вывод о том, что после прекращение действия меры процессуального принуждения, если оно не связано с неподтверждением подозрения, процессуальный статус подозреваемого сохраняется до формулирования обвинения или прекращения уголовного преследования.
The author concludes about the changing role of the suspect in criminal proceedings on the basis of legal positions of the constitutional Court of the Russian Federation. The development of the legal status of the suspect is due to the implementation of elements of the adversarial principle, expanding the opportunities for active participation by the defense in the process of proving in pre-trial proceedings. Suspicion in the present conditions, according to the author, is a compulsory stage of criminal prosecution the suspect is a permanent, a participant of criminal-procedural relations, a suspect is a permanent participant of criminal-procedural relations. Attention is drawn to the existing from the moment adoption of the Criminal procedure code of the RSFSR, the uncertainty of the legal status of the detainee, as well as persons against whom a measure of restriction was selected, after the abolition of these measure of procedural compulsion. Based on the identified trends, the author argues that after termination of the of restriction the procedural status of the suspect is maintained to the formulation of prosecution or termination of criminal prosecution, if it is not related to disconfirmation of the suspicion.