employee from 01.01.2025 until now
Russian Federation
The article views upon the forensic characteristics of housing and utilities crimes resulting in harm to human life and health, encompassing: modus operandi (including the analysis of tools and means of crime commission); criminal and victim profiles; pre-crime and co-crime circumstances; crime scene and settings (location and time), typical traces demonstrating crime preparation, commission and concealment, and their probable locations. When analyzing judicial and investigatory practices, the author makes a reasonable conclusion of preeminence of a modus operandi in housing and utilities crimes. Its essence is demonstrated via its functional and material-technical components, being united into a singular operational-technical (subject-operational) character. This element of the criminalistic characteristics is causally linked to the criminal's personality, thus making a foundation to develop typical motivational-behavioral portraits of criminals. Contextual specifics of committed crimes are particularly highlighted, focusing on typical evidentiary patterns of the events happened at housing and utility facilities. Information on a typical victim of such crimes is also compiled.
criminalistic characteristics, a housing and utilities crime, harm to human life and health, modus operandi, a criminal's personality, a victim
Криминалистическая характеристика преступ-лений в системе криминалистического знания выступает связующим звеном между теорией и практикой раскрытия, расследования и предупре-ждения преступлений.
Большинство научных работ, посвященных особенностям выявления и расследования пре-ступлений отдельных видов, уделяют особое внимание их криминалистической характеристи-ке. Интерес обусловлен тем, что данная крими-налистическая категория призвана отражать сущ-ность преступления как системного явления объ-ективной действительности, его структуру и за-кономерные связи между составляющими его элементами [1].
По нашему мнению, А. А. Бессонов осуще-ствил комплексный подход к изучению преступ-лений, совершенных по неосторожности, предло-жив струк¬туру криминалистической характери-стики [1]. Выделенные им структурные элементы (обстановка преступления (место, время); способ совершения преступления (в том числе орудие преступления); обстоятельства, обусловливаю-щие совершение преступления; типичные следы преступления и вероятные места их нахождения; предмет преступного посягательства и (или) лич-ность потерпевшего; личность преступника) [2] образуют криминалистически значимую, полную и подробную ретро¬спективную информационную модель совершения противоправного деяния [3].
Основываясь на теоретических материалах, посвященных частным криминалистическим ме-тодикам расследования преступлений отдельных видов, и результатах изучения судебно-следственной практики по рассматриваемым уго-ловно наказуемым деяниям, мы выделили сле-дующие значимые структурные элементы крими-налистической характеристики преступлений, совершенных в сфере жилищно-коммунального хозяйства (далее — ЖКХ), повлекших причине-ние вреда жизни и (или) здоровью человека:
— способ совершения преступления (включая орудия и средства совершения преступления);
— обстоятельства, обусловливающие совер-ше¬ние преступления, которые предшествовали либо сопутствовали преступному деянию;
— типовой портрет преступника;
— обстановка преступления (место, время, дру¬гие элементы);
— типичные следы преступления и вероятные места их локализации;
— жертва преступления.
Способ совершения противоправных деяний является одним из важнейших элементов крими-налистической характеристики преступлений. Тем не менее вопрос сущности и содержания данного элемента в контексте неосторожных пре-ступлений остается открытым. Многие ученые, такие как
Г. Г. Зуйков [4], Р. С. Белкин [5], В. Ф. Ермолович [6], М. С. Уткин [7] и др., при рассмотрении осо-бенностей способа совершения преступлений отмечают его функциональную и предметно-техническую составляющие. Первая выражает-ся во взаимосвязи личности преступника с его действиями / бездействиями по подготовке, со-вершению и сокрытию преступления, вторая предусматривает совершение преступления с помощью определенных средств и орудий. Таким образом, функциональная и предметно-техническая составляющие формируют единую операционно-техническую [1] (предметно-операционную [8]) природу способа совершения преступления.
Основываясь на теоретических положениях частной теории (учении) о способе совершения преступления, нами отмечено, что особенностью способа совершения исследуемых противоправ-ных деяний является совокупность действий и (или) бездействий, характеризующих функцио-нальную сторону преступного деяния, формиру-ющих следовую картину произошедшего.
Раскрывая функциональную составляющую рассматриваемых противоправных деяний в сфере ЖКХ, повлекших причинение вреда здоро-вью
и смерть человека, необходимо отметить, что совокупность действий / бездействий субъекта преступлений выражена следующими типовыми нарушениями:
— пренебрежение обязанностями по контролю и надзору за состоянием и своевременным об-служиванием объектов коммунальной инфра-структуры;
— сокрытие результатов проверок техническо-го состояния объектов коммунальной инфра-структуры путем фальсификации актов проверок, игнорирования жалоб, выявленных нарушений, ненаправления материалов и актов в вышестоя-щие инстанции / иные контролирующие органы и т. п.;
— инициирование распоряжений, принятие решений (выбор коррупционной модели ведения экономической деятельности) о минимизации затрат на выполнение работ по ремонту и обслу-живанию коммунальной инфраструктуры путем сокра¬щения расходов на применяемые средства;
— принятие решений о проведении работ по ре¬монту и обслуживанию объектов коммунальной инфраструктуры, противоречащих правилам без-опасности труда;
— неудовлетворительный контроль безопасно-го производства проводимых работ;
— неправомерная выдача документов, свиде-тельствующих об удовлетворительном техниче-ском состоянии коммунальных объектов;
— некачественное выполнение непосред-ственных профессиональных обязанностей, за-крепленных в должностном регламенте работни-ка;
— несоблюдение положений технических ин-струкций, регламентирующих порядок действий по техническому эксплуатированию объектов ЖКХ;
— несоблюдение правил и норм техники без-опасности при выполнении работ по ремонту и обслуживанию инженерных коммуникаций, со-оружений или оборудования [9].
Таким образом, указанная совокупность дей-ствий и (или) бездействий, составляющих со-держание данного элемента криминалистической характеристики, выражена в виде нарушений за-конодательных, нормативно-правовых, учреди-тельных, технических и иных регламентов
в сфере ЖКХ, обусловливающих их причинно-следственную связь с наступившими преступ-ными последствиями и предопределяющих неиз-бежность возникновения такого сочетания условий и обстоятельств, при которых был (либо потенциально мог быть) причинен вред жизни или здоровью человека.
Следует отметить, что действия и бездей-ствия субъекта преступления рассматриваются
в виде осознанных решений, обусловленных как халатным отношением к текущей профессио-нальной деятельности и последующим негатив-ным событиям, так и коррупционной составляю-щей.
Подробное изучение предметно-технической составляющей способа совершения преступле-ний в сфере ЖКХ, повлекших причинение вреда жизни и здоровью человека, предусматривает необходимость рассмотрения сущности средств, используемых при совершении неосторожных преступлений в сфере ЖКХ.
Под средствами совершения преступления принято рассматривать материальные объекты, так или иначе используемые для достижения преступного результата [10]. Однако неосторож-ный характер противоправных деяний, соверша-емых
в жилищно-коммунальной сфере, позволяет рас-сматривать материальные объекты, обусловли-вающие причинение вреда здоровью или смерти человека, в виде элементов профессиональной (бытовой) окружающей среды (материальных и цифровых объектов), обращение с которыми регламентировано положениями законодатель-ных и нормативных правовых актов, учреди-тельных и технических документов.
Таким образом, средствами совершения пре-ступлений в сфере ЖКХ, повлекших причинение вреда жизни и здоровью человека, могут высту-пать:
— элементы коммунальной инфраструктуры (инженерные конструкции и системы), в частно-сти находящиеся в неудовлетворительном со-стоянии, представляющие повышенную опас-ность и игнорируемые субъектом преступления;
— устройства и элементы инженерного обору-дования, находящиеся в неисправном состоянии или используемые с нарушением технических норм;
— техническое оборудование, инструменты и при-способления, используемые в условиях наруше-ния правил охраны труда;
— документация, содержащая неполные или недостоверные сведения о состоянии объектов ЖКХ, а также выполненных работах.
Предложенное А. А. Бессоновым дополнение
к способу совершения неосторожных противо-правных деяний в виде характеристики предше-ствующих и сопутствующих преступлению об-стоятельств, его обусловливающих и с ним свя-занных [2], в полной мере применимо и к уголов-но наказуемым деяниям в сфере ЖКХ, повлек-шим причинение вреда здоровью и смерть чело-века. Однако, основываясь на анализе след-ственной практики по данной категории дел, пола-гаем, что данные обстоятельства следует рас-сматривать как самостоятельный элемент струк-туры криминалистической характеристики, по-скольку указанные элементы обладают высокой значимостью при расследовании преступлений и способствуют формированию полноценного представления о сущности криминального собы-тия.
Так, согласно изученным материалам уголов-ных дел, нами выделены следующие обстоя-тельства, обусловливающие совершение пре-ступлений в сфере ЖКХ, повлекших причинение вреда здоровью и смерть человека, а также предшествовавших либо сопутствовавших дан-ному преступному деянию, которые могут быть разделены на личностные, ситуационные и ор-ганизационные.
1. Личностные — обусловлены корыстными мотивами и коррупционными моделями ведения экономической деятельности на объекте управ-ления или отсутствием мотивации на надлежа-щее выполнение возложенных обязанностей по ремонту и обслуживанию объектов ЖКХ.
2. Ситуационные — связаны с низким денеж-ным обеспечением организации (компании), ока-зывающей услуги в сфере ЖКХ; неудовлетвори-тельным состоянием объектов жилищно-коммуналь¬ной инфраструктуры (аварийное или нерабочее состояние), обусловленным значи-тельным сроком эксплуатации данных объектов, качеством обслуживания и ремонта, длительным периодом ремонтных работ, а также различными неблагоприятными климатическими периодами, существенно влияющими на их состояние; от-сутствием доступа к объектам обслуживания ЖКХ — газовому оборудованию, дымовым и вен-тиляционным каналам, расположенным в жилых помещениях.
3. Организационные — выражены в отсут-ствии или формальном проведении мероприя-тий, связанных с охраной труда (инструктаж, кон-трольный срез знаний, повышение уровня квали-фикации),
а также поручении работ лицам, не обладающим соответствующим уровнем необходимых знаний; неправомерной выдаче документов, удостоверя-ющих готовность или безопасность эксплуатации объектов ЖКХ, в том числе формальном предо-ставлении документов без должного проведения контрольно-надзорных мероприятий.
Способ совершения преступления, равно как
и иные рассмотренные нами элементы кримина-листической характеристики, находятся в нераз-рывной связи с личностью преступника. Приме-нительно к неосторожным преступлениям, со-вершаемым в сфере ЖКХ, повлекшим причине-ние вреда жизни и здоровью человека, способ совершения данного противоправного деяния находится
в причинно-следственной связи с типом лично-сти виновного. Именно личностные, профессио-нальные и должностные характеристики виновно-го предопределяют характер его действий / без-действия, влекущих или объективно ведущих к причинению вреда жизни и здоровью человека.
В результате проведенных исследований, в ходе которых изучались материалы уголовных дел и решения суда , нами установлено, что по-давляющее большинство рассматриваемых пре-ступлений — в 93 % случаев — совершается мужчинами, и только в 7 % — женщинами.
Путем анализа такого социально-демографи-ческого признака, как возраст, мы распределили субъектов преступления следующим образом: от 30 до 50 лет (80 %), от 18 до 30 лет (12 %), старше 50 лет (8 %). Данные результаты позво-ляют сделать вывод, что в совершение рассмат-риваемых преступлений могут быть вовлечены абсолютно все возрастные категории, наиболее криминально активной из которых является груп-па от 30 до 50 лет, что во многом связано с ха-рактером и спецификой деятельности в жилищ-но-коммунальной сфере.
Изучение уровня образования, имевшегося
у подозреваемых / обвиняемых по изучаемым преступлениям, показало, что доля лиц с выс-шим образованием составляет 75 %, среднее профессиональное образование имеют 20 % и лишь 5 % — только основное общее или среднее общее образование.
Проведенный анализ эмпирических данных
о должностном положении, специальности (спе-циализации), а также функциональных обязанно-стях, возложенных на лиц, подозреваемых / об-виняемых в совершении преступлений в сфере ЖКХ, повлекших причинение вреда здоровью или смерти человека, позволил выделить следующие группы лиц согласно возложенным функциям:
— лица, выполняющие административно-хозяй¬ственные или административно-технические функции (например, директора, главные инженеры управляющих компаний (орга-низаций)) — 78 %;
— лица, на которых возложены функции по непосредственному обслуживанию объектов коммунальной инфраструктуры (например, начальники участков, бригад или смен, в том числе непосредственные работники предприятия (организации), дежурные — 16 %;
— лица, осуществляющие административно-распорядительные полномочия, связанные с ре-гулированием сферы ЖКХ, или надзорные функ-ции в сфере ЖКХ (например, заместители глав муниципальных образований субъектов РФ, ре-гулирующие организацию деятельности струк-турных подразделений муниципалитета в сфере ЖКХ) — 3 %;
— лица, осуществляющие низкоквалифициро-ванную трудовую деятельность на основании муниципального контракта (например, наемные рабочие, выполняющие конкретные задачи со-гласно техническому заданию) — 3 %.
В процессе изучения эмпирического материа-ла установлено, что постоянным / временным местом работы подозреваемых / обвиняемых, реализующих свои трудовые функции на объек-тах ЖКХ, являлись:
— управляющие компании (УК) — 39 %;
— муниципальные предприятия (муниципаль-ные унитарные предприятия (МУП), муниципаль-ные казенные учреждения (МКУ)) — 32 %;
— ресурсоснабжающие организации — 21 %;
— органы местного самоуправления и надзорные организации — 3 %;
— подрядные организации — 3 % (в том числе осуществляющие предпринимательскую дея-тельность, в частности выполняющие муници-пальные контракты по обслуживанию объектов ЖКХ и т. п.);
— некоммерческие организации (товарище-ства собственников жилья, жилищно-строительные кооперативы (ЖСК)) — 2 %.
Анализ материалов уголовных дел и судебных решений позволил выявить социальную дефор-мацию лиц, совершивших преступления в сфере ЖКХ, повлекшие причинение вреда жизни и здо-ровью человека, проявившуюся в наличии суди-мости:
— 6 % подозреваемых / обвиняемых ранее привлекались к уголовной ответственности за совершение преступлений, не связанных с вы-полнением профессиональных обязанностей в сфере ЖКХ (ст. 228, 291 УК РФ);
— 7 % привлекались к административной от-ветственности (в частности, лица, занимающие руководящую должность в организации на объек-тах ЖКХ до возникновения событий рассматри-ваемых преступлений и не выполняющие пред-писания надзорных органов).
Таким образом, типовой портрет лица, совер-шившего преступления в сфере ЖКХ, повлекшие причинение вреда жизни или (и) здоровью чело-века, обладает следующими социально-демографи¬ческими характеристиками: мужчина в возрасте от 30 до 50 лет, имеющий высшее или среднее профессиональное образование, зани-мающий руководящую должность в управляющей компании, ресурсоснабжающей организации или муниципальном предприятии.
Подробно сопоставив такие элементы крими-налистической характеристики, как личность по-дозреваемого / обвиняемого, способ совершения изучаемых преступлений, а также обстоятель-ства, обусловливающие их совершение, с дан-ными об инцидентах, содержащимися в соответ-ствующих материалах уголовных дел и решений суда, мы выделили типовые мотивационно-поведенческие портреты преступников.
1. Апатичный / халатный преступник. Пове-дение выражено в безразличии к выполнению должностных обязанностей, в том числе небреж-ном отношении к нормам безопасности, общем нежелании и инертности в принятии решений по обслуживанию объектов ЖКХ (игнорирование жалоб и обращений, неисполнение предписаний и т. п.).
2. Конформист. Поведение детерминировано стремлением сохранить занимаемую должность, выраженным в исключении конфликтов с руко-водством, поддержании работоспособности лишь отдельных объектов ЖКХ на фоне неблагоприят-ного экономического состояния всей управляю-щей компании или муниципального предприятия.
3. Профессионально некомпетентный. Пове-дение лица выражено в принятии решений либо уже непосредственном выполнении работ на объ-ектах ЖКХ, явно нарушающих требования к их организации и технологии проведения ввиду от-сутствия необходимых знаний законодательной и норма¬тивной правовой базы в сфере ЖКХ, а так-же навыков и опыта.
4. Расхититель / коррупционер. Поведение выражено в использовании наиболее дешевых материалов, привлечении неквалифицированных сотрудников, отказе в проведении ремонтных ра-бот на объектах ЖКХ и фальсификации докумен-тов в целях собственного обогащения.
Предложенные типовые мотивационно-поведен¬ческие портреты преступников могут спо-собствовать повышению результативности вы-движения следственных версий и рациональному выбору тактики проведения первоначальных и последующих следственных действий.
Продолжая рассмотрение ключевых элемен-тов криминалистической характеристики изучае-мых уголовно наказуемых деяний, следует выде-лить обстановку совершения преступлений (ме-сто, время), а также типичные следы противо-правного деяния.
На основании результатов проведенного нами обобщения следственной практики установлено, что период совершения рассматриваемых пре-ступлений сопоставляется с повышенными экс-плуатационными нагрузками на объекты ЖКХ (аномально обильные осадки, неравномерное по-вышение / снижение давления воды в трубопро-воде по причине проводимых работ). Таким обра-зом,
в зимний период совершается около 45 % проис-шествий, в весенний — 25 %, в летний и осенний периоды по 15 % соответственно. При изучении временных параметров установлено, что данные события происходят преимущественно в дневное время — около 75 %, в вечерне-ночное время — 20 %, в утренние часы всего 5 %.
Проводя анализ территориального расположе-ния происшествий и аварийных событий на объ-ектах ЖКХ, повлекших причинение вреда здоро-вью и (или) смерть человека, установлено, что данные события совершаются:
— 52 % в административных центрах субъек-тов РФ;
— 44 % в населенных пунктах районного зна-чения;
— 4 % в столице и иных городах федерально-го значения.
В ходе анализа материалов уголовных дел
и решений суда по рассматриваемым преступле-ниям мы отметили дуальный характер обста-новки совершенного противоправного деяния, в который входит эксплуатационно-техническая и организационно-управленческая составляющие, обусло¬вившие возникновение общественно опас-ного инцидента.
Под эксплуатационно-технической состав-ляющей нами понимается место непосред-ственного причинения вреда жизни и здоровью человека (придомовая территория общего поль-зования
в многоквартирном доме, места расположения инженерных коммуникаций и т. п.).
Организационно-управленческая составляю-щая обстановки представлена в виде места (мест) осуществления преступником своей профессиональной деятельности (администра-тивные офисы управляющих и ресурсоснабжаю-щих организаций, служебные помещения ава-рийно-диспетчерской службы, сервисы электрон-ного документооборота или системы управления предприятия).
При подробном изучении обстановки мест преступлений нами установлена типичная следо-вая картина, образующаяся во временных отрез-ках, предшествующих инциденту и в период со-бытий на объектах ЖКХ, повлекших причинение вреда жизни и здоровью человека.
Так, эксплуатационно-техническая состав-ляющая на первоначальном этапе расследования содержит следующие следы:
— телесные повреждения (раны, царапины или гематомы) на теле живого лица (пострадав-шего);
— труп человека с телесными повреждениями;
— одежда пострадавшего (частицы строи-тельных материалов, повреждения одежды в ви-де разрывов);
— отдельные элементы или фрагменты стро-ительных конструкций, имеющие непосредствен-ное отношение к причиненному вреду потерпев-шему;
— следы биологического происхождения по-терпевшего (кровь, потожировое вещество) на данных объектах инфраструктуры и строитель-ных конструкциях;
— инструменты, использование которых по-влекло причинение вреда жизни и (или) здоровью человека;
— совокупность визуальных данных в виде изображений, отражающих динамику произо-шедшего события, зафиксированных на камеры видеонаблюдения, в том числе фото- или видео-записи со смартфонов свидетелей, а также элек-тронные жалобы (заявления) с приложенными фото- и видеофайлами;
— мысленные образы, хранящиеся в памяти участников преступного события и устанавлива-емые их показаниями о качестве предоставляе-мых услуг, действиях / бездействии представи-телей, ответственных за содержание объектов ЖКХ или ресурсоснабжающих организаций, а также обусловливающие возникновение проис-шествия;
— сведения, содержащиеся в памяти лиц и устанавливаемые их свидетельскими показания-ми, об отсутствии предупреждающих знаков или ограничительных лент на местах проведения ре-монтных работ или аварийных (ветхих) объектах ЖКХ.
В свою очередь, организационно-управленчес-кая составляющая обстановки преступлений может содержать следующие следы:
— в виде документов, отражающих бездей-ствие или халатное отношение к выполнению профессиональных обязанностей подозреваемы-ми / обвиняемыми;
— документов, потенциально содержащих не-достоверные сведения о техническом состоянии объектов ЖКХ (журналы проверок, акты);
— цифровых данных, хранящихся в электрон-ном оборудовании, с зафиксированными откло-нениям показаний от предписанных норм;
— цифровой информации, содержащейся как в автоматизированных программах управления целого предприятия (серверная), так и на отдель-ных служебных персональных компьютерах;
— электронных сообщений в мобильных устройствах (WhatsApp, Telegram, Viber , Max, ВКонтакте и т. п.), а также приложений (Госуслу-гиДом);
— мысленных образах, хранящихся в памяти свидетелей (подчиненных или коллег) событий
и устанавливаемых их показаниями о подозрева-емых / обвиняемых.
Указанные обстоятельства предусматривают необходимость в ходе проведения первоначаль-ного этапа расследования всестороннего изуче-ния не только места происшествия, но и места профессиональной деятельности лица, чьи дей-ствия / бездействие привели к причинению вреда жизни или здоровью человека.
Жертва совершенных преступлений в жилищ-но-коммунальной сфере, повлекших причинение вреда жизни и (или) здоровью человека, высту-пает еще одним элементом криминалистической характеристики рассматриваемых уголовно нака-зуемых деяний. Изучение личности потерпевшего позволяет получить сведения, раскрывающие сущность противоправного посягательства, по-скольку именно жертва выступает носителем ин-формации о нарушениях в сфере ЖКХ, повлек-ших причинения вреда здоровью и смерти чело-века.
По результатам обобщения правопримени-тельной практики установлено, что жертвами (по-терпевшими) преимущественно являются слу-чайные лица (прохожие) — 55 %, жильцы много-квартирных домов, в которых (или в непосред-ственной близости от которых) произошли инци-денты, — 35 %, сотрудники организаций, осу-ществляющие низкоквалифицированную трудо-вую деятельность в сфере ЖКХ, — 10 %.
При изучении возрастного показателя потер-пев¬ших нами установлено, что несовершеннолет-ним, включая малолетних, был причинен вред жизни и здоровью в 21 % проанализированных материалов, лицам в возрасте от 18 до 60 лет — около 62 %, лицам старше 60 лет — в 17 %.
Таким образом, жертвами рассматриваемых преступлений выступают случайные пассивные участники инцидентов на объектах ЖКХ вне за-висимости от их половой и возрастной принад-лежности.
В силу специфики изучаемых уголовно нака-зуемых противоправных деяний отсутствует прямая связь между такими элементами крими-налистической характеристики, как личность, способ совершения преступления, характер средств и обстановки совершения данных дея-ний, с жертвой преступления.
В заключение отметим, что рассмотренные основные элементы криминалистической харак-теристики преступлений, совершенных в сфере ЖКХ, повлекших причинение вреда жизни и здо-ровью человека, являются ключом к пониманию сущности данных уголовно наказуемых противо-правных деяний и служат фундаментом при раз-работке тактики проведения первоначальных и последующих следственных действий.
1. Bessonov A. A. Criminalistic characteristics of negligent crimes. Current issues of Russian law, 151—158, 2016. (In Russ.).
2. Bessonov A. A. Private theory of the criminallistic characteristics of crimes. Dissertation of doctor of juridical sciences. Elista; 2017: 456. (In Russ.).
3. Bessonov A. A. On the issue of the structure and nature of the criminalistic characteristics of crimes. Journal of the Presidential Academy of National Economy and Public Administration, 52—57, 2014. (In Russ.).
4. Zuikov G. G. Criminalistic doctrine on the modus operandi. Abstract of dissertation of doctor of juridical sciences. Moscow; 1970: 30. (In Russ.).
5. Belkin R. S. A Course of criminalistics. In 3 vols. Vol. 3. Criminalistic means, techniques, and recommendations. Moscow: Lawyer; 1997: 480. (In Russ.).
6. Yermolovich V. F. Criminalistic characteris-tics of crimes. Minsk: Amalfeya; 2001: 304. (In Russ.).
7. Utkin M. S. Specific features of investigating and preventing thefts in consumer cooperation. Abstract of dissertation of a candidate of juridical sciences. Sverdlovsk; 1975: 21. (In Russ.).
8. Knyazkov A. S. Criminalistic characteristics of a crime in the context of its modus operandi and mechanism. Journal of the Tomsk State University, 51—64, 2011. (In Russ.).
9. Ryzhkova A. A. The nature and substance of crimes in housing and utilities resulting in harm to human health or death. Philosophy of Law, 137—143 2025. (In Russ.).
10. Khlus A. M. Means of committing crimes as an element of their criminalistic structure. Russian law: education, practice, science, 24—33, 2018. (In Russ.).
